Пятница, 23 декабря 2011 года, 21:00

Грегор только что показал Джесси пару DVD-дисков, на которых были объяснены как механика новой технологии, которую он разработал, так и некоторые реальные операции с использованием этого оборудования. Джесси онемел от удивления, наблюдая за операцией по замене неисправного сердечного клапана, а затем за колоноскопией. Он понимал, что такое операция на сердце, но не имел представления о колоноскопии, пока Грегор не объяснил ему, в чем она заключается.

— Я чувствую, что только что прослушал лекцию по высокой науке, Грегор. Твое изобретение потрясающе. Сначала я не мог поверить в то, что видел. Когда ты показал мне крошечный шрам, оставшийся после операции на сердце, это было еще более поразительно. Одно дело - иметь внутри себя телекамеру, и совсем другое - когда она прикреплена к инструменту для проведения операции. Я даже не могу представить, как ты до этого додумался.

— Ну, мы очень гордимся нашей разработкой, но на самом деле это был просто случай объединения двух разных концепций и их совместной работы. В настоящее время в медицине очень важно сократить время пребывания пациента в больнице и, конечно же, ускорить его выздоровление. Наше оборудование позволяет сделать именно это. Колоноскопия, которую ты видел, заняла всего два часа в больнице, и один из них ушел на оформление документов, - улыбнулся он.

Джесси мог только покачать головой. - Что будет дальше? - спросил он.

— У нас есть несколько проектов в разработке, но пока рано о них говорить, - сказал он. - Мы не хотим, чтобы кто-то украл наши идеи, понимаешь?

— Да, я понимаю, - согласился Джесси. - Меня удивляет, как много можно сделать с помощью такого небольшого оборудования. Когда я делал рентген, медсестра почти сразу же получила снимок на экране телевизора. Затем она просто отправила его по электронной почте моему врачу. Куда бы я ни посмотрел, я вижу, что все больше работы выполняется с меньшими затратами энергии. Автомобиль Евы мощнее автомобилей прошлого, но гораздо более эффективен. Две батарейки в моем маленьком светодиодном фонарике - это батарейки типа ААА, но свет ярче и сильнее, чем у старых фонариков. Больше работы, меньше энергии. Это самое важное, что я заметил.

— Ты еще не так долго живешь, чтобы увидеть все изменения, которые я видел, - сказал Грегор, кивая. - Ты, конечно, прав. Прогресс, которого мы достигли, в значительной степени обусловлен тем, что мы делаем больше, но при этом используем меньше энергии. Это касается не только автомобилей, медицинских инструментов или батареек. Это касается всех видов достижений, которые были сделаны за последние полвека. Я всегда верил, что все началось с изобретения транзистора. Он открыл путь для очень умных людей, которые поняли возможности микросхем. Было время, когда компьютеры занимали много места, но могли выполнять только самые простые функции. Посмотри, на что они способны сейчас. Они повсюду в нашем обществе, от наручных часов до самолетов.

В ту ночь Джесси лежал в постели и размышлял, как ему понять все изменения, произошедшие за пятьдесят лет его отсутствия. Грегор открыл ему глаза на возможности будущего. То, что он считал научной фантастикой, уже стало реальностью, и впереди ждали еще более фантастические открытия. Возможно, было невозможно угнаться за всем, что произошло в прошлом. Возможно, ему просто нужно было научиться пользоваться технологиями по мере их появления и не беспокоиться о их механизмах. Когда он подумал об этом, то понял, что именно так Мика и пользуется этими устройствами. Он мог запрограммировать свой телевизор на запись, использовать компьютер как энциклопедию и пользоваться функциями своего мобильного телефона. Вряд ли он имел представление о том, как все это было разработано и как работало. Он просто знал, что это работает, и этого было достаточно.

Суббота, 24 декабря 2011 года, 7 утра

Джесси проснулся в свое обычное время в шесть утра, принял душ, оделся и пошел на кухню заваривать кофе. Он предположил, что был единственным человеком, который проснулся, так как из спален наверху не доносилось ни звука. Он взял банан и свежую булочку из контейнера для выпечки и направился в большую комнату (он узнал, что это другое название для гостиной). Звезды были еще видны, так как через окно, выходящее на юго-запад, не проникал свет из города. Выпало пару сантиметров свежего снега, но взгляд на восточный горизонт показал, что день, скорее всего, будет ясным.

Его двухчасовая беседа с Грегором прошлой ночью была поучительной в нескольких отношениях. Во-первых, он был блестящим человеком. Не только ученым и изобретателем, но и практичным человеком. Он взял известные технологии и использовал их для создания новых или более совершенных концепций. Медицинское устройство было разработано на основе существующих материалов из других источников, включая шпионские камеры, технологию оптического волокна и технологию космических спутников.

Потребовались годы, чтобы уменьшить размер и улучшить качество передачи изображения, но постепенно они преобразовали его в формат высокой четкости. Это было последним штрихом, который сделал их мультимиллионерами. После разумного обучения они научили хирургов использовать эту технологию в своих интересах. Сначала она была принята в США, поскольку позволяла увеличить доходы больниц. Страховые компании приветствовали ее, когда поняли, что количество послеоперационных инфекций и других осложнений, которые удлиняли пребывание в больнице или даже приводили к смерти, будет значительно сокращено.

В целом, больницы решили не снижать стоимость процедур, несмотря на короткий срок пребывания пациентов, но давление со стороны общественности и страховых компаний заставило их пересмотреть свое решение. В конце концов, после нескольких тайных переговоров, которые можно было бы назвать крайне незаконными (фиксирование цен), обе стороны пришли к соглашению. Грегор знал об этой ситуации, но предпочел закрыть на это глаза. Он не гордился этим, но был уверен, что «разоблачение» соглашения не улучшит его репутацию и не расширит его деловые возможности. Рано или поздно кто-нибудь раскроет правду, и он и его партнер были рады, что не участвовали в этом и не могли быть обвинены в сокрытии того, что считали правдой. Жизнь продолжалась.

Джесси был очарован политической стороной ситуации. Два человека разработали метод, который помогал проводить операции, улучшать здоровье пациентов и снижать затраты. Другие же просто хотели воспользоваться ситуацией в своих интересах. Он мог только покачать головой, глядя на всю эту хладнокровность. В Канаде обман системы приносил мало пользы, поскольку в большинстве случаев страховщиком выступало государство. Врачи работали по установленному тарифу, который отражал как время, так и опыт. Грегор сказал, что жаль, что США не заинтересованы в государственном финансировании здравоохранения. По его словам, на карту поставлено слишком много частных интересов, в том числе адвокатов.

Джесси вспомнил свои мысли предыдущего вечера. Он задался вопросом, был ли Грегор тем человеком, которому он мог бы раскрыть свою ситуацию. Это был большой риск, но чем больше он общался с этим человеком, тем больше он думал, что рискнуть стоит. Сначала ему нужно было обсудить эту идею с Евой, но, несмотря на ее опасения, он все равно решил рискнуть. Он понимал, что пришло время, когда он больше не мог держать эту странную новую жизнь в секрете. Он отчаянно хотел жить нормальной жизнью, даже если она не была такой, как он ожидал.

Должно быть, он заснул, сидя в кресле тем утром. Он проснулся от ощущения, что кто-то тычет его в руку.

— Ты проснулся? - спросил Мика, стоя рядом с креслом. Он был босиком, на нем была только пижама.

— Теперь да, - зевнул Джесси. - Который час?

— Восемь. Кажется, я слышал, как мама встала.

— Хорошо. Ты уже завтракал?

— Нет. Мама сказала, что приготовит вафли. Я обожаю вафли.

— Да... я тоже. Почему бы тебе не съесть банан и выпить сок, пока ждешь?

— Хорошо. Не уходи, - сказал он, бегом направляясь на кухню.

— Куда уходить? - Джесси усмехнулся.

Он поднял глаза и увидел, как Ева спускается по лестнице с верхнего этажа. Она была одета в джинсы и свитер и выглядела очень бодро. Он не в первый раз восхищался ее красотой. Она заслуживала мужчину в своей жизни, и его постоянно удивляло, что на горизонте не появлялось никого подходящего. У нее было все, что мог пожелать зрелый мужчина. Она была не только красивой, но и умной, с хорошим чувством юмора. Она совсем не соответствовала первоначальному представлению Джесси о психиатре. Будь он старше, он был бы более чем заинтересован в ней.

— Доброе утро, Джесси, - сказала она радостно.

— Доброе утро, Ева. Похоже, будет хороший день. Лучи солнца на поле для гольфа выглядят очень красиво.

— Да, действительно, - согласилась она, глядя в большое окно на южной стороне. - Похоже, что кто-то уже катался там на беговых лыжах.

— А это разрешено? - удивился он, увидев следы на свежем снегу.

— Да... они не причиняют вреда, и это удерживает их подальше от дорог и других опасностей.

— Ева, можно с тобой поговорить наедине, когда будет возможность? - осторожно спросил он.

Она выглядела немного удивленной этим вопросом. - Да... конечно. Все в порядке?

— Да... все в порядке, но у меня к тебе есть вопрос, который останется между нами.

— Конечно. После завтрака и перед тем, как все соберутся в путь?

— Было бы здорово. Спасибо, - он улыбнулся. Улыбка, казалось, убедила Еву, что никаких проблем нет.

Мика сидел за столом и наблюдал, как первая партия вафель готовится в вафельнице. Он знал, что когда пар перестанет выходить, вафли будут готовы, и он будет первым в очереди за первой вафлей.

— Пар перестал выходить, мам, - объявил он.

— Хорошо, - усмехнулась Ева, зная, как сильно ее сын любит вафли. Они не готовили их часто, поэтому это было настоящим удовольствием, когда она их предлагала.

Джесси был так же благодарен, поскольку он помнил, как его мама тоже их готовила, хотя они не были такими большими и толстыми, как те, что делала машина Евы. Но это не имело значения. Они были такими же вкусными, если не вкуснее, поэтому между Микой и ним ничего не пропадет.

Грегор и Сабина присоединились к ним как раз в тот момент, когда Мике подали завтрак, и с нетерпением затеребили руками в предвкушении. Ева пожарила полкило бекона на сковороде, а в кофеварке заваривалась свежая порция кофе. В течение следующих тридцати минут разговоров было не много, так как пятеро голодных съедали свой завтрак. Мика получил второй вафельный тост, как и просил, и на этом приготовление закончилось. Ему с трудом удалось доесть его, но он не оставил ни крошки на тарелке.

— Это было великолепно, Ева, - сказал Джесси. - Спасибо. Я так наелся, что теперь не буду есть еще долго.

— Я уверена, что мы найдем способ, как тебе сжечь лишние калории, - поддразнила она. В планах был день катания на лыжах, чтобы воспользоваться ярким солнечным днем. Джесси думал о том, какой вид он увидит из гондолы по дороге на гору.

— Я помогу с посудой, Ева, - сказал Джесси.

— Спасибо, Джесси. Большую часть можно положить в посудомоечную машину. Останется только миски, сковорода и тарелки для вафель.

Ее родители и Мика покинули кухню, и Джесси подумал, что это хорошая возможность поговорить с Евой.

— Ева, я был очень впечатлен твоим отцом вчера вечером. Он очень умный человек, и я потом подумал, что он, возможно, из тех людей, которые поймут, что со мной произошло. Ведь ты будешь рядом, чтобы подтвердить то, что я ему расскажу, и он не подумает, что я какой-то глупый ребенок, который решил над ним подшутить.

— Я не ожидала такого. Ты прав насчет моего отца. Он особенный человек. Он также очень внимательный. Это будет рискованно, но я думаю, что могу рассчитывать на его конфиденциальность. Он будет задаваться вопросами обо мне и захочет узнать, почему я тебе верю. Мне придется показать ему доказательства, которые я собрала, но, повторюсь, я ему доверяю. Я доверяю и своей матери, но решать, стоит ли ей об этом рассказывать, оставлю папе. Когда ты хочешь это сделать?

— Не знаю. Сегодня канун Рождества, и я не думаю, что хочу сообщать ему об этом сегодня. Может быть, позже. До нашего возвращения в Ванкувер еще есть время.

— Хорошо, - сказала Ева, немного подумав. - Это твое решение, Джесси. Я поддержу тебя, что бы ты ни решил.

— Спасибо, Ева. Я знал, что могу на тебя положиться, - улыбнулся он и неожиданно обнял ее.

Суббота, 24 декабря 2011 года, 20:30

— Хорошо, Мика, - объявила Ева возбужденному мальчику, который почти прыгал на своем месте. - Каждый получит по одному подарку, а потом все идут спать. Понятно?

— Да, мама, - ответил он, уже почти дойдя до елки и заранее выбрав подарок, который хотел бы получить. Он не знал, что это было, но подарок был от его дедушки и бабушки, и он знал, что они всегда придумывают для него что-то «очень классное».

Он разорвал обертку большого пакета и через пару секунд радостно взвизгнул.

— Смотри, мама... вертолет... и он действительно летает! - воскликнул он взволнованно.

Джесси увидел, как Ева съежилась при мысли о летающей игрушке, но она не выразила свои опасения вслух.

— Ты ничего не забыл, Мика?

Мальчик посмотрел на нее, морща лоб в знак недоумения.

— Ты не думаешь, что тебе следует поблагодарить бабушку и дедушку?

— О, да. Спасибо, бабушка и дедушка. Это действительно круто. Можешь показать мне, как это работает? - спросил он дедушку.

— Думаю, нам обоим придется научиться управлять им, Мика. Мы можем сделать это вместе. Пойдем на поле для гольфа, чтобы попробовать. Так, если он упадёт, то падение смягчит слой снега толщиной в фут или больше.

— О, здорово! - просиял Мика. Он уже разрывал упаковку и вынимал из нее некоторые предметы. Грегор быстро присоединился к нему, следя за тем, чтобы ничего не потерялось в растущей куче отходов упаковки.

Ева не стала ждать, пока Мика выберет следующий подарок. Она взяла средний по размеру пакет и передала его Джесси. На этикетке было написано, что подарок от Санты, но Джесси был уверен, что Санта - это милая молодая женщина по имени Ева. Он осторожно развернул упаковку и открыл коробку. Внутри был красивый шерстяной жилет темно-синего цвета и хлопковая рубашка бледно-голубого цвета, не требующая глажки.

— Это идеально, Ева... то есть Санта. Спасибо. Удивительно, как Санта знает мои любимые цвета, - улыбнулся он, глядя на свою опекуншу.

Остальные подарки были открыты, прежде чем Джесси и Сабина убрали бумажные отходы и выбросили их в мусорное ведро для переработки. Грегор приготовил смесь для эггнога с нуля, ром добавлялся позже индивидуально. Мика был первым в очереди за стаканом, прежде чем Грегор поставил стаканы и чашу с пуншем на поднос и отнес их в большую комнату. Джесси добавил в свой стакан небольшое количество рома, а затем посыпал сверху мускатным орехом.

Именно в этот момент к нему неожиданно пришла еще одна воспоминание. Глядя на стакан в своей руке и наблюдая, как специи плавают на поверхности смеси, он увидел свои прошлые Рождества. Они были ясны, как день, и он осторожно поставил стакан на подставку, откинулся на диван и закрыл глаза.

На этот раз он не потерял сознание. Возможно, он бы потерял, если бы не знал, что с ним происходит. Тем не менее, он почувствовал головокружение и одновременно подавленность. Слезы не текли, но его охватило глубокое чувство печали. Вновь его охватило огромное чувство потери и одиночества. Когда же закончатся эти посещения? Сначала это были кошмары в первые дни его пробуждения. Теперь это были воспоминания о знакомых, всегда окружающих приятных событиях из его прошлого.

Ева увидела реакцию Джесси и правильно догадалась, что происходит. Она положила руку ему на плечо и мягко сжала его. Казалось, это вывело молодого человека из его состояния. Он открыл глаза, повернулся к Еве и грустно улыбнулся. Да, Ева знала и понимала, что происходит. Слава Богу, что она это понимала. Без нее он был бы потерян.

Воскресенье, 25 декабря 2011 года, 11:00

Все подарки были распакованы, а макулатура и упаковка убраны и отправлены либо в мусорный бак, либо в контейнер для вторичной переработки. Неожиданный «подарок» другого рода произошел, когда Грегор объявил, что обменивает Land Cruiser на новый RAV4, еще одну Toyota. Он также позаботился о том, чтобы Джесси знал, что он может пользоваться этой машиной, когда она не нужна в Уистлере. Обмен был уже согласован с дилером в Ванкувере и должен был состояться на следующей неделе в среду.

Джесси чувствовал, что ему выпала невероятная удача. К нему относились как к члену семьи, а не просто как к жильцу. Это помогало развеять чувство утраты и успокаивало воспоминания о прошлых Рождествах. Густафсоны присоединятся к ним за ужином, и Джесси с нетерпением ждал встречи с Кирстен. У них еще не было возможности пообщаться, но он надеялся, что они смогут покататься на лыжах вместе после Рождества.

Воскресенье, 25 декабря 2011 года, 14:00

— Грегор, можно с тобой поговорить наедине? - спросил Джесси, подойдя к мужчине. - Мне нужно обсудить с тобой кое-что.

Грегор посмотрел на Джесси, заинтересовавшись, о чем может идти речь. - Да. Давай пойдем в кабинет и поговорим там.

Джесси последовал за ним в комнату и закрыл за собой дверь.

— Грегор, у меня есть секрет, который я раскрыл только Еве и больше никому. У меня не было проблем с памятью, и мои родители не погибли в автомобильной катастрофе. Каким-то образом, который я не могу себе представить, я заболел и впал в кому. Когда я очнулся, я был в больнице, и именно тогда началась моя новая безумная жизнь.

— Дело в том, что я заболел в июне 1961 года. Когда я очнулся, был июль 2011 года, пятьдесят лет спустя. Я знаю... и ты знаешь... что это невозможно. Однако это правда. Когда я проснулся и спросил о своих родителях, администрация больницы не смогла их найти. Насколько было известно администрации, они не существовали. Тогда они связались с Евой. Полагаю, они были убеждены, что я бредил. Я знаю, что сначала она мне не поверила, но когда она проверила записи, она обнаружила, что Джесси Петерсон, за которого я себя выдавал, умер от неизвестной болезни в 1961 году, оставив своих родителей, сестру и дедушку с бабушкой. В Северном Ванкувере есть могила, отмечающая это место, вместе с моими родителями, которые теперь тоже умерли.

— Как можно себе представить, я не могу рассказать эту историю кому-либо, не рискуя столкнуться с различными проблемами. Меня могут поместить в психиатрическую лечебницу как сумасшедшего, или, в крайнем случае, если кто-то мне поверит, меня могут отправить в какую-нибудь правительственную организацию для изучения, и у меня не будет никакой надежды на нормальную жизнь. Я не смог бы справиться ни с одной из этих возможностей. Но я не могу продолжать скрывать эту тайну от всех, кому я доверяю и кто доверяет мне. Это стало бременем, с которым я, по-моему, не могу справиться. Я постоянно придумываю оправдания для своих так называемых провалов в памяти.

Пока Джесси продолжал, Грегор молчал, но внимательно слушал рассказ молодого человека.

— Я пытался быть в курсе всех событий и изменений, произошедших за последние пятьдесят лет, но это невозможно. Теперь я это понимаю. Если я застрял в жизни XXI века, мне придется иметь дело с тем, чего я не знаю, а все остальные считают общеизвестным. Возможно, со временем я адаптируюсь. Именно этого и ожидает Ева... но я не так уверен. Ты ученый, поэтому я не ожидаю, что ты примешь эту информацию только на основании моих слов. Поговори с Евой. Она знает, что я хочу поделиться этой информацией с тобой. Я доверяю тебе и доверяю Еве. Вопрос, который волнует нас обоих, заключается в том, как мне двигаться дальше? Как мне справиться с прошлым, которого у меня никогда не было?

Джесси откинулся на спинку кресла и молча ждал, пока Грегор осмыслит информацию, полученную за последние пять минут.

Грегор выглядел озадаченным и задумчивым. Джесси обнадежило то, что он не отверг его рассказ сразу. На самом деле, казалось, что он пытается найти логическое объяснение. Конечно, его не было. Наконец он заговорил.

— Я поговорю с Евой. Признаюсь, я никогда раньше не слышал о чем-то подобном. В научной фантастике, конечно... но в реальном мире... никогда. Я не знаю, что тебе сказать, Джесси. Я понимаю твои опасения и сомнения. Позволь мне поговорить с Евой об этом и узнать, что она нашла.

— Не уверен, что смогу пролить свет на твою ситуацию, но если Ева действительно верит, что ты рассказываешь ей правду о том, что с тобой произошло, то нужно будет серьезно подумать о том, что можно сделать, чтобы тебе помочь.

— Спасибо, Грегор. Я хочу сказать, как я благодарен тебе и Сабине за то, что вы были так добры и щедры ко мне. Вы не знали меня, но относились ко мне как к члену семьи. Это, а также вера Евы в меня, было единственным, что помогало мне сохранять рассудок.

Грегор кивнул, слегка улыбнувшись. Джесси ему понравился почти с первого взгляда. Ева, конечно, уже объяснила ему присутствие Джесси в ее доме, но встреча с ним подтвердила ее доверие к нему. Он знал, что Сабина чувствовала то же самое по отношению к молодому человеку. Но что делать с его невероятной ситуацией... если предположить, что она была правдой... это выходило далеко за рамки всего, с чем он когда-либо сталкивался. Ему нужно было хорошенько подумать, прежде чем убедить себя, что все произошло именно так, как описал Джесси.

Больше ни слова не было сказано на эту тему. Джесси мог только ждать, пока Грегор не решит вернуться к этому вопросу.

Тем временем Джесси с нетерпением ждал, когда семья Густафсонов присоединится к ним за рождественским ужином. Они должны были прийти в четыре часа и прибыли точно в назначенное время. Пятеро взрослых, а также Кирстен и Джесси поприветствовали друг друга дружелюбно. Густафсоны отпраздновали Рождество накануне вечером, как того требовала их традиция. Грегор подал напитки, и компания начала обмениваться рассказами о своих подарках. Мика почти сразу же устал от разговора и попросил отпустить его. У него было свое развлечение, которое занимало его.

Кирстен и Джесси обменялись небольшими подарками. Ева помогла Джесси выбрать для нее красивую пару перчаток, а Кирстен подарила ему очень элегантный шарф. Он удивил ее, поцеловав ее в щеку в знак благодарности. Она покраснела, но, похоже, не была расстроена его несколько смелым поступком. На самом деле, к ее удивлению, после этого она почувствовала тепло.

Двое молодых людей обсуждали, где и когда они могут покататься на лыжах на следующий день, зная, что на склонах будет многолюдно. Джесси, со своей стороны, было все равно. Как бы он ни любил кататься на лыжах, он был счастлив просто находиться в компании Кирстен. Он не мог знать, что Кирстен чувствовала то же самое. Они были поглощены только своим разговором, не обращая внимания на окружающих.

Их разговор и близость не остались незамеченными ни для ее родителей, ни для семейства Микеска. Ее родители и семья Микеска обменялись многозначительными взглядами. Аника была особенно рада тому, что барьеры, которые воздвигла ее дочь, постепенно рушились. Ева тоже была счастлива. Все те сеансы с молодой девушкой, казалось, приносили результаты. Она выходила из своей защитной скорлупы, и Ева была уверена, что отчасти это было благодаря влиянию Джесси.

Они говорили о ее хоккейной карьере и о том удовольствии, которое она получала от игры с группой молодых девушек в очень конкурентной среде. Команда показывала хорошие результаты, но Кирстен была благодарна за перерыв. Давление, связанное с игрой и необходимостью поддерживать высокие оценки, было утомительным. Для Джесси его жизнь этой осенью и в начале зимы выровнялась. Он по-прежнему учился, пытаясь поступить в университет на следующий сентябрь, работал в книжном магазине, а в свободное время занимался в тренажерном зале или ездил на велосипеде.

Сью Чен скоро переедет в Викторию, поэтому их отношения внезапно прекратятся. Хотя он и Сью были близки, их отношения были строго «друзьями с привилегиями». Он был счастлив, что они провели некоторое время вместе перед ее отъездом. Слез не было, но он будет скучать по ней, и она призналась, что тоже будет скучать по нему. Перед ее отъездом они обменялись скромными подарками, а за день до переезда он поужинал с семьей Чен. Джесси пообещал семье Чен, что будет поддерживать с ними связь, а благодаря Skype на его ноутбуке Сью знала, что может связаться с ним в любое время.

У него не было ближайших планов заменить Сью. На горизонте не было других молодых женщин. Он не обращал внимания на заинтересованные взгляды различных покупательниц в книжном магазине. Кирстен вернется в школу, а затем будет уезжать на несколько дней в поездки с командой. Фактически, в начале января у них была одна такая поездка, когда они ездили в Онтарио и Квебек и отсутствовали почти две недели. Он задавался вопросом, смогут ли они стать ближе, когда закончится хоккейный сезон и все ее время будет занимать только учеба.

Тем временем Джесси терпеливо ждал известий от Грегора. Он не ожидал какого-то волшебного решения своей проблемы, но снятие груза секрета с плеч, пусть даже незначительное, было заметным облегчением.